Каталог статей
Меню сайта

Категории статей
Проза [72]
Рассказы, повести, эссе, произаические миниатюры
Любовная лирика [98]
Твердые формы запад [56]
сонеты, рондо, рондели, концоны, триолеты, октавы и т.д.
Твердые формы восток [31]
Хайку, танка, рубаи, газелы и т.д.
Критика, обзоры [15]
Литературная критика, обзоры, коллекции ссылок
Теория [1]
Теория литературы, учебники.
Video & audio [6]
Здесь публикуются ссылки на ваши музыкальные (голосовые) файлы. Сами файлы Вы можете закачать http://uploads.ru/
Детская литература [13]
Сказки, стихи, рассказы
Стихи, не вошедшие в рубрики [320]
Переводы [28]
Polish [1]
Необходимо руками в браузере выбрать ISO кодировку для Центральной Европы. It is necessary to choose hands in a browser ISO the coding for the Central Europe.
Детский рисунок [0]
Детское творчество [0]
Компьютеры и Интернет [0]
Статьи о полезных программах, приемах работы, необычных интернет забавах и проектах

Форма входа

Поиск по статьям

Друзья сайта


Главная страница » Каталог статей » Проза
ДНЕВНИК ТРОЕШНИЦЫ

ДНЕВНИК ТРОЕШНИЦЫ
Глава I. Рождение, которого я не знаю

О родных своей матери я почти ничего не знаю. Когда мне было лет шесть, умерла мамина мама, ещё раньше – мамина бабушка. Отец моей мамы погиб на войне – кажется, в самом её начале… Из близких родственников у мамы осталась только сестра. Все мои лучшие воспоминаний детства лет до десяти – двенадцати связаны с тётиной квартирой – с её окружением, семейными праздниками, общими прогулками и разговорами.

Я была в семье самой младшей: родная сестра старше меня на семь лет, двоюродная – на три. Им всегда было о чём поговорить между собой, а я чувствовала себя лишней. Тогда я очень переживала из-за этого, чувствовала себя отщепенкой, это ощущение стало меня преследовать, наложило тяжёлый отпечаток на характер, травмировало душу. Даже теперь, многое передумав, частенько чувствуя себя чужой в компании достаточно знакомых и даже вполне близких людей, я не знаю, что же произошло: характер ли всему виною или же стечение обстоятельств в детстве травмировало характер…

Мой дедушка, папа папы, был пятым сыном в семье. Один из его братьев погиб очень рано: во время гражданской войны был брошен вместе с другими юношами в колодец. Самый старший дедушкин брат Борис во время гражданской войны был кадровым офицером; я его помню и помню его жену Маню. Когда я была совсем маленькой, я его очень боялась, потому что он был совершенно лысый, и я плакала от страха. Я помню один такой случай. Мне было тогда около двух лет, наверное. Я хорошо помню обстановку в комнате, особенно – тонкие занавески и ярко-жёлтый свет из окна. У окна - кровать, на ней сидит бабушка, я плачу, и дяде Боре приходится выйти из комнаты. Потом мне купили пластмассового человечка с ручками, ножками и головой на резинках и треугольным туловищем (такие пупсики были тогда популярны) и я назвала его «дядей Борей в юбочке», потому что у этого пупса была совершенно лысая голова.

Дядя Боря умер, когда мне было лет десять. А его жена – она была очень толстая, домашняя, с косой вокруг головы – умерла ещё через несколько лет. Я хорошо помню, как мы однажды пришли к ним в гости. Они жили в старом доме. Я помню дядю Борю, сидящего в кресле, и ещё – кошку и собаку, которые жили в их квартире, что меня очень удивило.

Мне хорошо запомнился наш детский разговор, почему-то в ванной комнате. Опять-таки я была самой младшей, мои троюродные сёстры Леночка и Таня – старше меня на год, а их братья Саша и Витя – года на четыре. Они рассказывали пошлые анекдоты, смеялись, особенно Леночка – она была очень живая и энергичная, - а я чувствовала себя неловко, тем более, что они знали друг друга хорошо и часто встречались, а я была как бы лишней. Теперь Леночка замужем, у неё сын. Саша – военный, он женат. А Витя, по-моему, был женат дважды, он, кстати, самый симпатичный из них. А его сестра Таня – самая доброжелательная; она ещё не вышла замуж.

Ещё один дедушкин брат жил во Львове. Когда мне было лет двенадцать, мы во время каникул ездили с дедом во Львов. Его брат мне казался очень скромным и тихим, а жена, полька – наоборот, энергичной, даже слишком. Теперь его уже нет.

Младший брат дедушки живёт в Москве. У него мы когда-то останавливались с бабушкой. Он был толстый и жизнерадостный. Такими же были его жена, дочка и внучка Кира.

Ещё я помню дедушкин 70-летний юбилей, когда к нам в Киев съехались все родственники из Львова, Минска, Москвы… У нас есть фотографии этого юбилея и точно такие же – с 50-летнего и 60-летнего. Только на них все на двадцать и десять лет моложе.

Мой дедуля – очень спокойный, интеллигентный человек. Он рассказывал о своём детстве, что его мать, уходя, оставляла его с горбушкой хлеба в перевёрнутой табуретке, и он из неё не выходил. По очень важному поводу дедуля, несмотря на спокойный характер, может вспылить и настоять на своём. Дед учился в церковно-приходской школе, в детстве работал столяром, потом стал комсомольцем и членом партии. Однажды партия послала его на шахту в Донбасс, там он и познакомился с моей будущей бабушкой.

Отец бабули был очень интересным человеком, из так называемой сельской интеллигенции – он был писарем. Однажды дошёл пешком до Киево-Печерской Лавры и вернулся домой атеистом. Вступил даже в революционную армию, но быстро порвал с ней, видимо не очень любил подчиняться чему-либо. Так как он был человеком образованным, смог взять в жёны богатую девушку. У нас есть фотографии молодых Фёдора и Евдокии – бабушкиных родителей. Говорят, что я похожа на прабабушку Дусю. У неё красивое доброе и одновременно волевое лицо. Она держала трактир, растила двух дочек, у моей бабушки была старшая сестра. Умерли дед Фёдор и баба Дуся уже здесь, в Киеве, оба прожили долго. Моя бабушка рассказывала, что её отец умер от того, что ему надоела жизнь, а баба Дуся до самой смерти помогала хозяйничать в квартире, шила, вышивала, занималась собачкой.

Бабушкину сестру Валю я очень хорошо помню. Мы с бабушкой приезжали к ней в Челябинск. Я хорошо помню её квартиру в старом большом доме. В одной комнате в самом центре стоял стол, за которым мы обедали, а в другой – поменьше, - мы с бабушкой спали в одной кровати. Я помню, как сладко там спалось. А по утрам тётя Валя делала под радио зарядку – в ночной рубахе, с толстой крашенной чёрной косой. По-моему, она была очень своенравным человеком. Позже, уже в старости от неё ушёл муж Прокофий. Выяснилось, что у него издавна была любовница,– к ней он и ушёл. Тётя Валя его никогда не простила. Она вспоминала, что могла выйти замуж за более богатого и перспективного человека, но Прокошу полюбила, потому что он был весельчак. А когда он умер, она не пошла на похороны. А через несколько лет умерла сама.

Мои дедушка и бабушка познакомились в 1930 году. Потом жили на Дальнем Востоке. И уже в пятидесятые годы вернулись в Киев. Мой папа уже здесь закончил школу и уехал в Одессу поступать в мореходку, отслужил армию и закончил Киевский техникум связи, а потом институт. Женился на моей будущей маме, студентке Университета, полненькой, красивой, модно одетой. Они стали жить на улице Ленина все вместе. В 1958 году у них родилась дочь Ира. А потом дед получил квартиру здесь, на Соломенке – тогда это было, наверное, на краю света. И здесь спустя семь лет родилась я.

п р о д о л ж е н и е
с л е д у е т :)

Категория: Проза | Добавил: Молли (2006-06-19) | Автор: Анна Король
Просмотров: 618 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 0.0 |
Комментарии
Всего комментариев: 4
4  
shades Как так «никак ся не заставлю»? Ты же - трудолЮбивая? cool

3  
Продолжения жду!
Какая ты молодец, Молька, я вот никак ся не заставлю написать то, что хочу, и что на мой взгляд- САМОЕ ГЛАВНОЕ!

2  
Борис Михайлович, мой папа со своими родителями жил в Комсомольске-на-Амуре; он 1932 года рождения, а в Киев вернулся только к девятому классу...

1  
А я тоже жил на Дальнем Востоке, даже родился там - в городе Петропавловске-на-Камчатке. Может быть, рядом с Вашими дедушкой и бабушкой мы жили? Где они жили? Мои родители переехали на Камчатку в 1936 году, а уехали в 1954-м.

Имя *:
Email *:
Код *:
Конструктор сайтов - uCoz